Памяти Паниной Наталии Викторовны!

По ком звонит колокол

8 августа мы потеряли Наталию Панину. Мы — это украинские социо­логи, но также и многие российские социологи, некоторые американские со­циологи и социологи других стран. Это произошло внезапно, и до сих пор трудно прийти в себя от шока. Наталии было только 56 лет.

Мне страшно думать, что переживают близкие, я стараюсь не вдумы­ваться в это, а здесь хочу написать несколько слов о Наталии Паниной для тех, кто не был с ней хорошо знаком.

Наталия Панина - доктор социологических наук, заведовала отделом социально-политических процессов Института социологии Национальной академии наук Украины. Но это мало что говорит о ней как об ученом, док­торов у нас, к сожалению, намного больше, чем тех, кто что-то сделал для развития нашей науки.

Если бы социологи, как это делают медики, имели должности главного специалиста (например, главный эпидемиолог Украины, главный кардио­лог и т.п.), то Наталия была бы Главным методологом и по должности, и по сути. Она возглавляла отдел, который занимался разработкой этого направ­ления, но, главное, она чувствовала ответственность за развитие этого на­правления и за контроль уровня методологической культуры социологов. В свое время, кстати, я создавал и руководил отделом методов в Институте со­циологии АН Украины, но потом вынужден был уйти из Института, и Ната­лии удалось восстановить и спасти это направление от угасания, отдел про­должал существовать, хотя и под другим названием.

В 1996 году Наталия издала первый в Украине учебник по методам со­циологического исследования ("Технология социологического исследова­ния"), который несколько раз переиздавался, уже 10 лет я использую его-как один из 2-х основных учебников для своего курса "Методы сбора социоло­гической информации" в Киево-Могилянской академии (второй — амери­канский) и, насколько я знаю, учебник Паниной более популярен среди сту­дентов, чем другие учебники. Он широко используется и в других вузах, где преподают социологию. Наталия очень много сделала также для того, чтобы повысить уровень публикаций результатов социологических исследова­ний, она написала популярную брошюру об опросах общественного мнения для журналистов и сформулировала набор требований — что нужно обяза­тельно указывать при публикации результатов исследования. Она часто вы­ступала с критикой недобросовестных или некорректных публикаций. Я не проводил специального анализа, но, как мне кажется, уровень культуры со­циологических публикаций за последние 10 лет существенно вырос, и за­слуги Наталии Паниной в этом трудно переоценить.

В этом же русле очень важна для нашего профессионального сообщес­тва подготовка Кодекса профессиональной этики социолога, которую орга­низовывала Панина. Возглавляемая ею комиссия проанализировала и об­общила наиболее известные в мире кодексы профессиональных социологических организаций (ASA, ESOMAR, WAPOR) и подготовила на этой осно­ве очень продуманный и современный кодекс Социологической ассоциа­ции Украины.

К сожалению, сообщество социологов не выдержало накала политичес­кой борьбы во время президентских выборов 2004 года, многие социологи были вовлечены в политические интриги, возникли конфликты профессио­нальной этики и требований (и угроз) заказчиков, что привело к расколу среди социологов, и Социологическая ассоциация Украины (САУ) факти­чески прекратила свое существование. Но я уверен, что рано или поздно бу­дет проведен съезд социологов, и САУ возобновит свою деятельность на основе разработанного Наталией кодекса.

Методология социологических исследований — это ядро внутреннего контроля уровня профессионализма социологического сообщества, мето­дологов в Украине очень мало, многие бывшие методологи перешли от ме­тодологических к содержательным исследованиям или ушли в коммерчес­кие организации. Диссертации по методологии защищаются крайне редко и еще реже получившие эту степень кандидаты продолжают заниматься мето­дологическими исследованиями. Недавно закрылась специализация по ме­тодологии социологических исследований в Совете по защитам в Киевском национальном университете имени Тараса Шевченко (в Украине остался лишь один совет, имеющий эту специализацию — в Институте социологии НАНУ). Уход Наталии Папиной — это огромная потеря для развития (или хотя бы для поддержания на том же уровне) методологии социологических исследований в Украине.

Еще один важный проект, который Наталия Панина вела (вместе с Евгением Головахой — супругом с университетских лет и соавтором многих работ), — "Украинское общество". Это ежегодный мониторинг тенденций развития украинского общества по одной и той же системе показателей (около 170 признаков), который ведется, начиная с 1994 года. Этот монито­ринг давно является предметом моей белой зависти. Ведь мы (Киевский международный институт социологии) проводим исследования с 1991 года, по ряду показателей имеем 15-летнюю динамику и, находясь в очень выгод­ных для такого рода работы условиях, до сих пор не издали ни одной книги, обобщающей измеряемые тенденции. Насколько я знаю, реализация этого проекта во многом стала возможной благодаря скрупулезности, настойчи­вости и работоспособности Паниной. Может быть, полученные данные и имеют какие-либо недостатки (мне, например, хотелось бы, чтобы выборка была случайной, а не квотной), но этот проект является уникальным для Украины. В чем-то он выполняет ту же функцию, что и Общее социальное исследование (General Social Survey) в США, то есть дополняет государст­венную статистику субъективными показателями. Многие наши клиенты хорошо знакомы с данными этого исследования и используют его как основ­ной источник для общего описания процессов в Украине (а нам заказывают уже конкретное исследование по узкой теме, интересующей данного иссле­дователя), Его результаты используются не только социологами, но и жур­налистами, политиками, экономистами (я говорю только о тех людях, от ко­торых сам лично слышал это, начиная со студентов и кончая советниками Президента Украины). Я уверен, что Евгений Головаха и руководство Ин­ститута социологии НАНУ не дадут "упасть" этому проекту.

У Наталии Паниной было много направлений деятельности и идей. На­пример, при обсуждении различии в рейтингах разных центров Наталия вы­сказала гипотезу, что на различие результатов могут влиять также различия в истории формирования тех или иных опросных сетей. Очевидно, что, не­смотря на стремление социологов избежать влияния интервьюера на ответы респондентов, устранить его полностью удастся далеко не всегда, политичес­кие ориентации интервьюеров могут оказывать определенное влияние на от­веты респондентов (или на выбор интервьюером респондентов в ходе опро­са). А история (способ) формирования опросных сетей может привести к различиям в распределении политических ориентаций. Вполне нозможио, что часть различий в данных разных центров могла объясняться именно этим фактором, эта гипотеза является очень интересной. Мы хотели проверить ее еще во время третьего тура президентских выборов (к сожалению, наши партнеры отказались). Эта гипотеза обязательно должна быть проверена, величину смещений нужно хотя бы приблизительно оценить, иначе мы не будем уверены в результатах любых политических исследований.

Во время одной из встреч, связанных с попыткой создания клуба про­фессиональных социологов, обсуждался вопрос о подготовке книги по со­временной истории социологии в Украине (начиная с конца 1960-х годов и до наших дней). Первоначальная идея состояла в том, чтобы брать интервью у "отцов" социологии — В.Черноволенко, В.Оссовского, затем у представи­телей следующего поколения н т.д., как это делал Г.Батыгин в России.

Однако реализация этой идеи потерпела неудачу (может быть, из-за от­сутствия у нас такого же энтузиаста, каким был Батыгин). И тут Наталия предложила очень остроумную идею, которая компенсировала бы отсут­ствие украинского Батыгина. Идея состоит в том, чтобы собирать предста­вителей одного поколения — 5-6 человек — вместе и проводить что-то сред­нее между фокус-группой и заседанием клуба "Белый попугай", на котором рассказывали анекдоты. Эта идея представляется очень плодотворной. Во-первых, это интереснее участникам, во-вторых, воспоминания одного про­буждают воспоминания другого, участники как бы стимулируют друг друга, в-третьих, сообщаемые факты верифицируются информацией от других участников обсуждения. Наконец, в таких условиях чаще вспоминаются ве­селые эпизоды истории становления социологии, поэтому написанная по таким заседаниям книга будет интереснее читателю. К сожалению, мы до сих пор не реализовали эту идею, но это, по-моему, очень оригинальный и остроумный способ изучения истории социологии в Украине.

Наталия Панина впервые в Украине использовала шкалу Богардуса для изучения межэтнических отношений. Я использовал ее формулировку шкалы Богардуса, и мы (КМИС) уже много лет ведем мониторинг состоя­ния межэтнических отношений, сопоставляя наши данные с результатами Паниной. Хотя иерархия этнических групп и динамика совпадают, сами значения индексов социальной дистанции в наших исследованиях и в ис­следованиях Папиной отличаются, они несколько сдвинуты одна относи­тельно другой. Мы уже много раз собирались встретиться с Наташей и обсу­дить причину этих различий, но в жизненной суете все никак не могли со­браться. И теперь уже не соберемся...

За последнее время ушли из жизни социологи, которым не исполнилось и 60 лет, некоторые были намного моложе. Блестящему российскому социологу Геннадию Батыгину было 52, а декану факультета социологии Высшей школы экономики, известному методологу Александру Крыштанонскому было только 50. И вот теперь Наталия Панина. Это мое поколение социологов. И я знаю, по ком звонит колокол.

Что нам остается? Помогать друг другу или, по крайней мере, не ме­шать? Быть толерантнее друг к другу? Сочетается ли это с борьбой с непрофессионализмом? Во всяком случае, у Наталии это получалось. Отделить главное от не главного и торопиться успеть сделать то, что мы умеем делать лучше других? Может быть, хотя мы живем не только для работы, но и для близких, для себя, в конце концов.

Очень грустно, что нет Наталии Паниной. Я думаю, что наше профес­сиональное социологическое сообщество обязательно должно поддержать те направления, которыми занималась Наталия, и реализовать те идеи, ко­торые зафиксированы в ее текстах или были высказаны сотрудникам и кол­легам. И не только в память о Наталии, но и для поддержки и развития на­шей науки и нашего профессионального сообщества.

Владимир Паниотто